Вскоре после полудня (…) и я встали на колени перед моим маленьким столиком с иконами, чтобы молиться по розарию, созерцая скорбные тайны. Как только мы начали скорбную тайну Гефсимании, мне стало очень трудно произносить слова. Я обнаружила, что не могу произнести ни одного слова, и казалось, что мой дух снова впал в некое состояние экстаза, и таким образом я стала разделять муки Иисуса в Гефсимании. Я пребывала в таком состоянии до последней молитвы «Радуйся, Мария». Затем, когда (…), который всё равно продолжал молиться, начал вторую тайну – Бичевание, – я оказалась вдруг с силой брошенной на ковёр и лежала ничком, мои руки были слегка подняты над головой. Я подвергалась бичеванию. Моё тело сильно сотрясалось каждый раз, когда «плеть» опускалась на меня. В этот раз впервые наша Святая Матерь подготавливала меня к каждой тайне. И так я прошла через все Страсти до Распятия, переживая муки и страдания Иисуса. Я не чувствовала физической боли, все страдания были внутренними.

Позднее, примерно час спустя, я снова пережила все Страсти, ещё раз. Затем, примерно в 18. 30 я ещё раз прошла через все Страсти, пережив их жестокость острее, чем когда-либо.